Двое во Вселенной (Переписка), La corrispondenza, 2016

В основу фильма "Двое во Вселенной" положена красивая аналогия: отношения главных героев развиваются по законам астрономии: звёзды уже погасли, а учёные продолжают их изучать и наблюдать за их жизнью.

Эд умирает, но пытается оставаться присутствующим в жизни своей возлюбленной, намного младшей его Эмми. Для этого он разрабатывает сложную систему писем, сообщений и видеозаписей.

От фильма о любви ожидаешь получить какой-то светлый и приятный послевкусие, но здесь будет совсем по-другому. История, якобы о любви, — тяжёлая и, в целом, неприятная. Почему?

Как по мне, это история не о любви, а о некрофилии. Эд не стремится к живой связи с Эмми: встречаются они редко, и во время встреч он скрывает от неё, что он болен. То есть конструирует для неё некий определённый фасад себя, отличный от реального. В то же время он стремится контролировать её до мельчайших деталей, знать о ней всё, грубо вторгается в её личное пространство, разрушая границы её личности. Складываются не отношения, а механическая мёртвая конструкция, в которой, действительно, не обязательно присутствие живого человека.

Не случайно, какие-то позитивные последствия вторжения Эда в жизнь Эмми воспринимались мною как что-то искусственное. Зато растрёпанность и растерянность героини, её полная дезориентация в жизни имели довольно-таки органичный и закономерный вид.

В последнее время наблюдаю нечто подобное и в жизни. Удивительно, но общество склонно воспринимать как нечто очень романтичное поведение, которое, с точки зрения психолога, далеко от любви и имеет признаки либо болезненной зависимости, либо утончённой формы психологического насилия.