Как самооценка влияет на нашу жизнь?

Несмотря на то, что термин «самооценка» не применяется в научной психологии, он чрезвычайно популярен в обиходе, означая представление человека о важности своей личности, деятельности среди других людей и оценивании себя, собственных качеств и чувств. Самооценка бывает завышенной, адекватной и заниженной. Завышенная и заниженная самооценка всего лишь две стороны одной медали, и человек может находится в постоянной смене этих состояний: от чувства успешности до ощущения полной ничтожности.

Что влияет на формирование самооценки? Чем обусловлена ее неустойчивость? Какие аспекты психики причастны к тому или иному состоянию самооценки? Как самооценка влияет на нашу жизнь и почему ее не так просто изменить самостоятельно? С чем связано чувство неуверенности и какие причины низкой самооценки? Можно ли изменить самооценку за короткий срок? И как вообще разобраться с этими внутренними переживаниями? 

Вопросы самооценки и работы с ней, обсуждали с моим другом Андреем Шинкаренко.
Андрей – программист. Живет в Германии, переехав из Москвы. Окончил вторую ступень обучения гештальт-терапии, используя полученные знания и опыт в личных целях.

Андрей:
– Есть тенденция, что у людей поголовно понижена самооценка и все хотят ее поднять. Замечаешь ли ты такие жалобы: «У меня плохая самооценка. Хочу быть более уверенным в себе»? Насколько это справедливое замечание и неужели все, на самом деле, от этого страдают?

Алексей:
– Да, это частая жалоба. Многие люди улавливают, что с их самооценкой что-то не так. Испытывая моменты неуверенности, думают: «У меня низкая самооценка, что делать?»

– Есть точка зрения, с которой я согласен, что большинство людей себя оценивают более-менее адекватно. А такого понятия, как «заниженная самооценка» просто нет. Т.е. за ним скрывается что-то другое, какая-то критика.

– Мне кажется, что низкая самооценка и неуверенность в себе – это синонимы. Как думаешь?

– Похоже на то. Но мне кажется, что неуверенность в себе может быть обоснована. Например, повысили в должности – стал начальником. Ты им раньше никогда не был и поэтому чувствуешь себя неуверенно. Вроде достаточно адекватное чувство.

– Да.

– Но нужно ли что-то делать с этим ощущением? Оно кажется адекватным. А убеждать себя в том, что все хорошо – какой-то самообман.

– Я вообще не думаю, что с собственными чувствами нужно что-то делать. Но бывают совсем другие явления.
Бывает, что чувство неуверенности проявляется в определенных ситуациях, например, в присутствии других. Когда человек один – все хорошо, но как-только появляются другие, с ним сразу начинает что-то происходить, чувство скованности, потеря живости, спонтанности. Это проявление неуверенности.
Для многих таких феноменов и явлений в нашей психике нет однозначности – плохо это или хорошо. Просто в одних ситуациях они соответствуют ситуации (на примере нового назначения), а в других – нет.

– Т.е. это ощущение страха, неопределенности и есть ощущение неуверенности?

– Основные ощущения: страх, тревога и стыд. Особенно ловко у многих людей проявляется стыд: он может не восприниматься как чувство, но вместо него человек вдруг становится скованным, зажатым: «Мысли пропали, голова пустая, я чувствую себя глупым, неадекватным, не умным, не находчивым и я не знаю что сказать, мямлю что-то невпопад». После таких ситуация люди обычно формулируют свою проблему словами: «У меня комплекс неполноценности».

– Я думаю, что довольно распространено неприятие этих чувств. Есть всякие тренинги по повышению самооценки, даже аутотренинги по типу «я все смогу». Это как несешься на всей скорости и закрываешь глаза, чтобы не было страшно.

– Если упрощенно, то думаю, что аутотренинг из разряда повторить себе 10 раз перед сном: «Со мной все в порядке, я красавчик, молодец и уверен в себе» вообще не работает. Но, позитивная обратная связь, полученная не в искусственных условиях, может помочь. Когда человека хвалят (особенно авторитетная для него личность) в сфере его неуверенности и у него получается поверить в это, то он на какое-то время чувствует себя более спокойно.

– До тех пор, пока снова не начнет ругать себя за что-то?

– Да. Вот мы и подошли к сути проблемы. 

У человека, который базово не уверен в себе, есть некие представления о нормальности, которые чрезвычайно завышены. Обычно такой человек хочет чувствовать себя этаким суперменом, который успешен, собран, умен, силен, привлекателен, вызывает восхищение, популярен во всех жизненных ситуациях. И неуверенный человек старается всегда во всех ситуациях быть в своих и чужих глазах именно таким.

Но мы люди, просто люди. Можем быть ранимыми, нуждающимися, растерянными, уставшими и не всем нравиться. Но неуверенный человек глубинно не допускает этого. У него есть завышенные образы, к которым он себя постоянно гонит и когда видит, что не соответствует этому, то жестоко себя наказывает ощущением неадекватности, стыда, потерей энергии, депрессией и невозможностью вырасти психологически, достичь зрелости.

Я сейчас описываю бессознательную динамику процесса. Неуверенному человеку это все обычно незаметно. Он просто сталкивается с результатом: «Хоп, и в определенной ситуации онемел, замер, мямлю, мысли пропали, стесняюсь  и т.д.» Чувствую себя не на свой возраст, подростком (в лучшем случае).

– Может ли эта критика себя быть достаточно адекватной? Например, человек боится выйти перед всеми и выступить.

– Испытывать некоторые волнения при выступлениях перед аудиторией, свойственно каждому, просто сила этого разная. Один, испытывая волнение, выходит и выступает, и когда видит, что все спокойно,  то расслабляется и дальше свободно говорит. 

А страх другого человека не дает ему возможности вообще выступать даже перед небольшой аудиторией, хотя наедине он может произносить длинные монологи, обычно в голове. И возникает вопрос – адекватно это или нет? Если у человека нет желания и необходимости выступать перед аудиторией, то страх не мешает нормальной жизни. А вот если желание или необходимость выступать есть, а он не может – тут и начинается проблема. 

– А от чего зависит то, что у одного парализующий страх, а у другого тревожность, которая через время проходит?

– Сильный страх возникает оттого, что внутренняя критическая и атакующая самого себя тенденция  у человека очень сильна. Она настолько мощно действует, что практически может парализовать человека. Но все это бессознательные процессы.

– Получается, кто-то может видеть обратную связь, реакцию аудитории, а у кого-то критик настолько сильный, будто перекрикивает то, что есть на самом деле?

– Да. Этот критик может быть настолько сильным и проецироваться на окружающую обстановку, что заметив зевок одного человека в аудитории, он сразу решит тотально: «Всем скучно». Человек со строгой критической частью будет всегда искажать ситуацию. Чем более значимая ситуации – тем больше ему будет казаться, что его не принимают, критикуют и от этого он всегда будет делать хуже, потому что он не может расслабиться, не сможет быть самим собой. И в результате действительно его могут начать критиковать. И тогда его ожидания оправдаются. Но ему может остаться незаметным, что это не люди вокруг такие жестокие, а он сам сначала себя критически атаковал, поэтому был не собой, и в результате получил критическую обратную связь.

А есть человек, у которого внутренняя функция оценки, скорее, сотрудничающая, который выйдет с волнением, но потом успокоится, ведь может адекватно воспринимать реальность.

– Что делать с этим внутренним критиком? От этого надо как-то отказываться, затыкать уши, заставлять его говорить приятные вещи? Как бороться с комплексом неполноценности?

– В одиночку с этим очень сложно справиться, ведь «критик» – наша внутренняя часть, влияние которой может быть не сразу замечено. Важно научиться замечать строгость в себе, но не только к себе. Обращать внимание на то, как человек внутренне строг к другим, как он их оценивает и обесценивает, как часто может возмущаться, раздражаться, чувствовать свое превосходство. Как ему сложно признать позитивный вклад в него других людей, как он боится своих чувств, особенно испытывать благодарность к кому-то.

Яркие примеры можно наблюдать на дорогах, когда водители испытывают раздражение из-за какой-то ситуации, начинают сигналить и нелестно комментировать действия другого. Замечать свое отношение к другим – первый шаг к пониманию, что точно так же человек относится и к себе. 

– А может ли являться такая раздражительность положительным качеством? Человек знает, что ему нравится, а что нет, и позволяет себе раздражаться на что-то.

– Нет. Человек, который знает, что ему нравится, а что нет, обычно находится в удовлетворенном состоянии. Ведь он либо не имеет дело с тем, что ему не нравится, либо может понять другого человека и принять сложившиеся обстоятельства. Все люди разные: ему нравится одно, а другому человеку – другое. А раздражающийся человек не может принять, что другие люди могут отличаться. Если он собран на дороге, то и другие люди также должны себя вести так же. У такого человека, во всех важных ему сферах, есть определенные стандарты. Он считает, что усилия над собой («сделать через не могу») хороший мотиватор для развития. Ему кажется, что только заставляя себя, критикуя и принуждая, можно чего-то достичь. 

– Возможна такая фишка, что человек в терапии (который имел хороший доход до нее) начинает принимать себя и его качество жизни снижается, денег становится меньше или еще что-то в таком духе?

– Я сталкивался с такими ситуациями, когда люди придя в психотерапию, наоборот, достигали хорошего материального состояния. А вот те, которые считали, что жизнь станет счастливой, только если они начнут зарабатывать миллион долларов в год, в какой-то момент приходят к тому, что для них не в этом счастье. Тогда эти цели снижаются. Но так, чтобы в психотерапии человек отдал все свое нажитое богатство и ушел отшельником в горы, таких случаев нет (это пример как раз патологии). В терапии у человека могут появиться другие жизненные ценности, благодаря которым он начнет себя чувствовать счастливым. 

Часто, неуверенные в себе люди, у которых очень сильная внутренняя критикующая часть, могут стать достаточно успешными предпринимателями, думая, что большой заработок и успех в деловой сфере может помочь им компенсировать недовольство собой. Но этого не происходит. И если человек остается в этой парадигме своей внутренней неосознаваемой динамике, то за желанием зарабатывать один миллион приходит идея о десяти миллионах, и далее без чувства меры. Он собой будет недоволен, потому что новая цель недостижима, а старая цель, к которой он пришел, уже им обесценена. 

– Выглядит довольно привлекательно – у тебя все больше денег, ты все время куда-то двигаешься. Возникает вопрос: а может мне тоже получить такого внутреннего критика, который бы работал как паровоз и приносил бы мне деньги?

– Бывает, что внутренняя критическая часть парализует человека и он ничего особо в жизни не делает - сидит у кого-то нам шее и играет в компьютерные игры в 30 и даже 40 лет. А бывает, что у человека есть такие ресурсы, чтобы эта критическая часть его, скорее, постоянно гнала куда-то. Но единственный момент тут такой, что и в первом и во втором случае внутренний мир человека наполнен депрессивными переживаниями, зачастую отщепленными от осознавания. И тогда базово человек ощущает скорее пустоту и скуку. Поэтому ему приходится себя постоянно подстегивать приятными стимулами, которые со временем начинают восприниматься как бессмысленные.

Вообще, Андрей, представь, может ли вырасти человек таким добрым, приятным и счастливым, если бы после рождения на него постоянно только бы и делали что орали, критиковали, били?

– Нет.

– А человек с такой внутренней критической частью обычно находится в такой ситуации. Это все происходит внутри  24 часа в сутки, без остановки на сон. Когда человек сам себя куда-то гонит, и вечно недоволен – то собой, то другими и это дает очень тяжелый эмоциональный фон. Люди часто от этого пытаются как-то скрыться и бессознательно придумывают механизмы, чтобы этого не замечать.

– Например, могут уйти в запой?

– Да, потому что алкоголь и наркотики очень эффективно “вырубают” атаку этой критической части, человек начинает чувствовать больше жизни и живости (вместо пустоты). Поэтому очень многие люди, выпив (но не перепив), чувствуют себя увереннее, раскованнее, и что все хорошо. Но когда наступает утреннее похмелье, критическая часть на них набрасывается с двойной силой. От этого становится тяжелее, потому что человек еще и наказывает себя за то, что он вечером выпил.

– Т.е.  рецепт «выпить стопочку для храбрости» никуда не ведет?

– Ведет куда-то или не ведет... А ты прибегал к этому, если было нужно?

– Мне кажется, когда-то для храбрости я что-то пил. Каких-то 40 грамм еще в молодости. Целенаправленно, чтобы повысить собственную храбрость. Кажется, это довольно распространенный рецепт, как стать смелее на нужный период времени.

– Да, но получается, что храбрость ты приобретал благодаря тому, что внутренняя критическая атака становилась не такой заметной.
Вообще, это очень серьезная дилемма у людей, с сильной критикующей частью. Им кажется, что они вообще перестанут что-то делать, если перестанут себя критиковать. Они боятся, что уйдут во все тяжкие. Будут только пить, заниматься сексом, употреблять наркотики и только наличие внутренней критической атаки их держит в рамках.

– Особенно у некоторых религиозных деятелей такая точка зрения, что к себе надо строго относиться, иначе все будет очень плохо, человек станет совершенно порочен и превратится в страшное животное. Только в ругани есть спасение.

– Но ведь на самом деле, вещами, которыми можно заниматься из-под внутренней палки, можно заниматься из-за заинтересованности и любви к себе, из-за простого интереса и вовлеченности. Вещами, направленными на саморазвитие, самосовершенствование и успешность своей жизни. 

– Возьмем пример тренажерного зала. У меня двоякое отношение. Туда можно ходить, заставляя себя. И можно ходить из интереса. Но эта мотивация «интересно, любопытно» будто не стабильна. Все равно нужна какая-то штука, которая бы говорила, что нужно ходить три раза в неделю. Даже если лень, даже если дождь. Мне кажется, это все равно насилие над собой. 

– Ты описываешь человека, у которого внутренняя критическая атака сильно заметна, потому что я не встречал у людей, со слабой критической частью, такого слова как “лень”. Они живут с ощущением уверенности, некоторого оптимизма, позитивного настроения и интереса ко всему, чем они занимаются (потому что выбирают это не только из-за пользы, а из-за искреннего интереса). Если они решили заниматься чем-то и испытывают интерес к этому, то они будут заниматься. Тогда чувство лени не возникает. Но ты привел в пример тренажерный зал, а задумывался ли ты, нравится тебе заниматься там?

– По-разному.

– Это то, что, правда, вызывает у тебя интерес или может быть есть другие сферы физической активности, спорта, которые тебе более интересны?

– Если обо мне, то у меня фитнес недалеко и дойти туда буквально две минут времени, т.е. тут больше интереса, ведь не надо ехать на метро. Долгий путь к залу мешал самоощущению. Казалось, что тренер занимался моим телом, а не я. Когда стал заниматься сам, ощущения поменялись. У меня есть тревога, что мне это разонравится и придется заставлять себя ходить заниматься.

– Ты думаешь, что не найдешь чего-то другого, что тебе понравится?

– Если задуматься, то найдется конечно. Тут возникает вопрос, можно ли как-то заставлять себя с любовью что-то делать или это какой-то оксюморон?

– Я думаю, что ты сейчас говоришь в логике внутренней критической атаки и сопротивления ей. Постоянная внутренняя борьба, от которой возникает лень. Но если немного перефразировать, то уверенный человек скорее не заставляет себя, а любовно подбадривает и умело мотивирует.

– Т.е. нужно в себя как-то поверить, а не критику?

– Это целый процесс, когда внутренние части, более слабые из-за сильной критикующей, становятся сильнее, а критикующая часть – слабее. И когда эти части, которые больше ответственны за наше проявление в этой жизни, становятся более сильными, занимают больше места во внутреннем пространстве, то тогда уже и эта логика трансформируется и нет внутренней борьбы. А если нет внутренней борьбы, тогда в жизни больше радости, интереса и намного меньше тревоги, стыда и смущения, и лень исчезает.

– Звучит печально, ведь от мысли, что это длительный путь, становится безнадежно.

– Но его можно пройти. Я тебе скажу, что уже через несколько месяцев психотерапии внутренняя критическая часть становится слабее, а другие части «Я», ответственные за творчество, креативность, удовольствие и удовлетворение, понемногу расправляют плечи и становятся намного-намного сильнее. Но это не в каждой психотерапии. Не все психотерапевты работают на таком глубоком уровне.

– А как выглядит эта интеграция внутреннего критика, что с ним происходит? Он становится частью?

– Ты видел когда-нибудь семьи, в которых родители орут на детей и недовольны ими?

– Да, много.

– А видел семьи, где родители находятся в контакте с детьми, ведут с ними диалог, общение и оба выглядят заинтересованными и родитель организовывает правильное пространство для роста своего ребенка, находясь с ним в контакте? Замечал такое?

– Кажется да, но редко и фрагментарно.

– Так вот, в процессе терапии, внутренняя критическая часть трансформируется в функцию оценки, к которой обращаешься по надобности. Не она постоянно работает «надо, нужно, должен», а это просто становится такой функцией, которая присутствует и к которой можно обратиться – это одна часть критика. Другая часть трансформируется во внутренние этические нормы и дальше она помогает человеку придерживаться личных ценностей и тех фокусов жизни и направлений, которые ему интересны. Из нападения это превращается в проводника и опекающего по-доброму, подбадривающе.

– А за счет чего он добреет? Что происходит, что он растет и становится более понимающим?

– КПТ-терапевты считают, что основа низкой самооценки – это автоматические негативные мысли. На мой взгляд, такое представление довольно поверхностное и путем лишь отслеживания негативных мыслей стать уверенным человеком не получится. Не получится добиться уверенности также путем проговаривания аффирмаций.

На более понятном, но не таком точном языке скажу, что я помогаю человеку увидеть все, что он в себе не принимает. Таким образом происходит постепенное формирование чувства Я – точного и реалистичного представления о себе: своем характере, внешности, интеллекте, особенностях мышления, своих вкусах, своих потребностях, своем эмоциональном мире.  Одновременно с этим я помогаю человеку снизить свои завышенные стандарты-требования к себе. Но человеку раньше казалось, что это не он от себя этого требует, а социум. Когда он начинает понимать, что реальность другая, то он перестает воспринимать пространство как нападающее, что дает ему возможность взрослеть и становится счастливым. Да и сам ТФП-терапевт, понимая всю внутреннюю сложность своего клиента, испытывая эмпатию и имея дело со всей гаммой эмоциональных переживаний клиента, поддерживает таким образом процесс выздоровления. Постепенно клиент начинает относиться к себе так же как и психотерапевт относится к нему – с пониманием, принятием, интересом и без строгого осуждения.

– Могу подытожить: полюби себя и все уйдет. И сексуальные проблемы, и критика.

– Именно так! Прими себя и мир полюбит тебя!

Опубликовано 2020-12-30 в 11:05:21