Современное цивилизованное общество на законодательном и декларативном уровнях осуждает домашнее насилие. Но на бытовом уровне отношение к жертвам часто содержит в себе осуждение. Наряду со сочувствием и ужасом звучит (или подразумевается) вопрос: «Как она/он могла такое позволить?!» Как могла человек позволить так с собой обращаться, почему не обратилась за помощью; или, может, ей это нравится, или, может, у неё «рабская натура». Тот, кто готов «бросить камень» в жертву, искренне уверен в том, что с ним такое не может произойти. От слова «никогда».
Рэйчел Эбботт в романе «Только невиновные» проводит читателя по пути своей героини. От влюблённой женщины, закрывающей глаза на все «что-то не то» в отношениях, до пациентки психиатрической клиники и вынужденной убийцы.
Обстоятельства знакомства главной героини, Лоры, с её будущим мужем и тираном содержат грустную (а может, жестокую?) иронию автора. Женщина с ним знакомится на мероприятии, где получает награду за свой фильм о домашнем насилии. Лора является продюсером этого фильма. Вот как она описывает себя в то время: «яркая и лёгкая, словно бабочка, беззаботная, порхающая по жизни, счастливая оттого, что у неё любимая работа, семья и друзья. Как же так вышло, что всё закончилось вот так?» (с).
Эта счастливая Лора очень добросовестно работала над своим фильмом. В письме подруге она пишет абсолютно верные вещи. Что насилие не обязательно должно быть физическим. Что речь скорее идёт об эмоциональном и психологическом — унижениях, оскорблениях, контроле над поведением и тому подобном. Что само собой возникает вопрос о том, каким же образом люди позволяют так обращаться с собой. Что жертвы насилия оказываются непохожими на представления о них. Что они могут быть «умными, образованными людьми с хорошей работой» (с). Продюсерка приводит слова одной из женщин-жертв: «Это постепенное, методичное разрушение уверенности в себе просто невозможно объяснить» (с).
Жюри почти единогласно присуждает фильму высокую награду. Только одна журналистка, известная своими фильмами и программами на острые темы, не голосует. Лора смущена её отзывом и просит объяснений, в чём дело. В чётком ответе журналистка очень одобрительно отзывается о технической стороне фильма. И она говорит, что, «к сожалению, у него есть один огромный недостаток. ...вы абсолютно понятия не имеете об этой теме» (с).
Её слова оказываются «холодным душем» для читателя и настраивают его на определённую волну. В отличие от читателя романа, Лора не очень остро реагирует на негативную оценку своей осведомлённости по теме домашнего насилия. Она пребывает в эйфории от признания её работы, от внимания сексуального красавца и от предвкушения прекрасных перемен в жизни.
Статусный и сексуальный красавец — таким предстаёт перед нами Хьюго Флетчер, будущий муж Лоры. Домашний тиран прежде всего является отличным манипулятором. Обычно окружающие не догадываются, на что способен этот человек за закрытыми дверями. Для него очень важно иметь привлекательный вид для внешнего окружения. Из-за этого жертва, которая решается «вынести сор из избы», рискует столкнуться с недоверием. А то и с обвинениями во лжи. Гьюго Флетчер во время знакомства с Лорой обладает всеми классическими опорами манипулятора – привлекательная внешность, значительная разница в возрасте и социальном статусе, признанная обществом успешность («за огромный вклад в дела благотворительности Гьюго Флетчеру было даровано звание» (с)), внешняя достоинство, хорошие манеры. Подчинение своей жертвы он начинает с проламывания личных границ собеседницы. На физическом уровне и на уровне общения. Причём это имеет вид очень приязного и внимательного отношения:
«Гьюго обошёл стол. -Добро пожаловать, Лора. Надеюсь, вы не против, что я называю вас просто по имени?» (с).
Продолжает классическим манипулятивным приёмом – разрушением связей с друзьями и родными. Гьюго ни разу не говорит Лоре прямо, что не хочет, чтобы она общалась с мамой. Или с подругой. Или с коллегами. Он не приказывает ей всех оставить. Манипулятор вообще никогда не озвучивает прямо свою цель. Позже, в письме к подруге Лора напишет, что «честное насилие» гораздо лучше, чем такая психологическая обработка. Круг общения, поведение, стиль одежды, взгляды на брак, на сексуальную жизнь, на норму и на отклонение от неё – всё это должно изменить женщина, которая выходит замуж за Флетчера. Все требования предъявляются под видом заботы о жене. Наказание за отклонение от требований неизбежно. Кара — это молчание, игнорирование, убийственная ирония, демонстрация оскорблённого достоинства, напоминание с сожалением о принадлежности к разным социальным кругам. Также — сожаление о неспособности Лоры понять правила жизни в кругу своего мужа из-за недостатков её воспитания и уровня культуры. Контраст между недовольством Гьюго и его поведением, когда он одобряет Лору, столь мучителен, а ореол безупречности и достоинства, сияющий над Флетчером, столь ослепителен! Каждое его отдельное замечание сначала кажется весьма уместным. Тем более, что молодая женщина сама хочет быть достойной своего прекрасного возлюбленного и искренне считает, что должна «тянуться» к нему. Спустя очень короткое время Лора начинает оправдывать все требования Флетчера. Если у неё всё же возникает недовольство, женщина подавляет его, объясняя себе, что это она что-то не поняла. Что Гьюго обязательно оценит её старание. Что он иначе, чем она, привык проявлять чувства. Что она должна помочь мужу. Что ещё немного — и всё будет очень хорошо. Когда Лора ещё имеет возможность общения со своим привычным окружением, её близкие пытаются обратить внимание девушки на «что-то не то», которое они замечают в поведении жениха. Пусть этих «что-то не то» достаточно, но профессиональный манипулятор никогда не предоставит конкретных доказательств своего дурного умысла.
Нежелание знакомиться с мамой невесты вплоть до самого свадьбы, слишком короткий срок от знакомства до брака, избегание общения с подругой Лоры, негативный отзыв о ней и их поведении, отстранение семьи Лоры от подготовки к свадьбе, умалчивание информации о будущем, критика стиля одежды и жизни своей невесты, желание всё контролировать, безапелляционность — на эти и другие моменты близкие указывают Лоре ещё до свадьбы. У них нет конкретных возражений против брака, только ощущение (именно это характерно для нахождения в манипулятивном поле. Ощущение, что что-то не так). Поэтому просто уговаривают не спешить. Но Лора влюблена и смотрит «снизу вверх» на Гьюго. А ему нужно торопиться — ведь создание искусственного цейтнота для жертвы является ещё одним действенным оружием манипулятора. Шаг за шагом мужчина разрушает личность своей жены. Об этом когда-то говорила Лори продюсеру женщина-жертва домашнего насилия. Тогда Лори казалось, что она поняла эту проблему.Ошибки и недостатки Гьюго, которые находит Лора, не раздражают женщину. Для неё они являются свидетельством того, что её муж — живой человек. Что она может с чем-то смириться, а в чём-то помочь. Так рассуждает Лора. Но она ещё не догадывается, что, выражаясь спортивным языком, играет за команду психологически и психически здоровых людей. В то время как Гьюго Флетчер — за абсолютно противоположную.На протяжении развития отношений с будущим мужем Лору удивляет его отношение к сексу. Несмотря на знаки внимания с сексуальным оттенком, которые оказывает молодой женщине Гьюго Флетчер. Несмотря на то, что они оба являются взрослыми свободными людьми с определённым сексуальным опытом. Несмотря на расположение, с которым Лора относится к Гьюго, он не делает ни малейшей попытки к сексуальной близости. На осторожные «подталкивания» отвечает почтительными и целомудренными объяснениями, словно наполненными уважением к Лоре и их отношениям. Но первая брачная ночь тоже проходит без секса. Более того, выясняется, что у Гьюго и его жены разные спальни. Секс они должны заниматься не в одной из них, а в отдельной комнате. Время «для этого» будет определять сам Флетчер. Супружеская жизнь всё же начинается. Лора сталкивается с непонятным поведением, гневом мужа, обидами, обвинениями в непорядочности и лжи (Гьюго «открыл», что она красит волосы). Секс оказывается неприятным, не приносит Лоре удовольствия и выявляет физиологические затруднения мужа. Вместо того чтобы бежать, женщина снова оправдывает перед собой Гьюго Флетчера. Она сочувствует ему, хочет помочь справиться с проблемой и собирается сказать об этом мужу. Зато слышит от Гьюго, что проблемы у неё, у Лоры. Что муж уверен в том, что после возвращения домой всё наладится. И что он поможет преодолеть любые её проблемы. В письме к подруге Лора напишет: «Знаешь, до этого момента мне и в голову не приходило, что Гьюго может искренне считать, что проблема во мне! А может, так оно и есть?» (с). Таким образом работает газлайтинг – способ заставить жертву сомневаться в реальности, которая её окружает. Изолированная от привычных социальных контактов (общение с коллегами тоже отсутствует, ведь героиня бросила работу), жертве очень сложно сохранить себя под изощрённым эмоционально-психологическим давлением. Лора прибегает к самообману: «я слишком остро реагирую» (с). Наделяет мужчину сверхспособностями: «у меня такое впечатление, что он всегда прав» (с).
В таком её состоянии сообщение о том, что мужчина женился на ней только из-за сходства с женщиной, которую обожал, вызывает парадоксальную реакцию. «Я ожидала, что буду возмущаться, метать громы и молнии. Но, к собственному удивлению, всё, чего мне тогда хотелось, – это спасти наш брак» (с). Ни на миг манипулятор не ослабляет давление. Желание заслужить одобрение и мучительная реакция на критику становятся нормальным состоянием жертвы в ненормальной ситуации. «Мне показалось, что меня высекли розгами» (с), – так описывает Лора свою реакцию на прояв недовольства мужчины. Прояв, который был высказан без малейшего повышения тона, тем более без грубых слов.
Одновременно жертву продолжают убеждать, что всё делается ради неё. Таким образом, культивируя чувство вины – верного помощника манипулятора. «Надеюсь, ты должным образом оценила то, что твои желания я ставлю превыше всего. Я знаю, как будет лучше, хотя ты не всегда со мной согласна» (с). В результате вместо того, чтобы взбунтоваться, героиня думает: «Наверное, мне просто нужно лучше стараться» (с). Подруга Лоры, рассказывая об этом периоде жизни, говорит, что она «винила себя во всём, что происходило вокруг неё» (с).
Детектив, расследующий убийство Хьюго Флетчера, получает такое впечатление от фотографий Лоры в период от свадьбы до конца супружеской жизни: «на каждой следующей фотографии она выглядела всё менее и менее сексуально, несмотря на откровенно дорогую одежду. Она оставалась такой же красивой, но похудела и словно померкла. ...она казалась какой-то скованной и немного нервной...» (с).
Психологическое истощение отражается физическими изменениями. Это один из последствий домашнего насилия и ещё одна преграда на пути к освобождению жертвы. Но прививка свободой, которую Лора получила в досупружеской жизни, и особенности её личности спасают женщину от полной потери себя. Она признаёт наличие «что-то не то» и пытается увидеть реальность. Ужасающие открытия, которые делает женщина относительно своего мужа, вместо того чтобы окончательно добить его, настраивают её на борьбу. Возможно, если бы Лора боролась только за себя, она бы позволила себе сдаться. Страх за другого человека оказывается сильнее собственной слабости. Отвратительная правда о характере отношений между Хьюго и его маленькой дочерью превращает жертву в бойца. Который не даёт себе права проиграть. Который знает, что его жизнь ничего не стоит. Который готов вытерпеть всё и забыть о честных средствах борьбы.Лора выдерживает пребывание в психиатрической клинике. Дважды. В первый раз после того, как видит Хьюго с Алексой (его дочерью от первого брака) и выказывает намерение рассказать об этом подруге. Второй – после того, как пытается выяснить судьбу девушек, которыми опекался Флетчер. Ведь Хьюго Флетчер – глава фонда, который помогает девушкам порвать с проституцией.Оба раза проявления психического заболевания «организует» Флетчер с помощью наркотиков. Для окружающих всё выглядит как ситуация с тяжело больной женой и заботливым благородным мужем.Но манипулятивные отношения несут в себе яд не только для жертвы. Сам манипулятор также подвергает себя опасности.
Лора понимает, что не может обратиться к представителям закона за защитой. Никаких материальных доказательств кошмара не существует. Она использует слабые места и специфические потребности мужа-извращенца для заключения с ним договоренностей. Договоренности защищают жену и Алексу от сексуальных домогательств Гьюго и обеспечивают существование «картинки» идеальной семьи. Одной из специфических особенностей агрессора и манипулятора является его неспособность добровольно остановиться. Договоренности лишь приостанавливают Гьюго на некоторое время. Вскоре он заявляет Лоре, что скоро она ему не понадобится. Алекса достигнет половой зрелости и заменит непокорную жену. А Лора умрет, и её смерть никого не удивит, учитывая «диагноз».
В этой ситуации леди Флетчер не видит другого способа защитить Алексу, кроме как убийства Гьюго Флетчера. Готовит и осуществляет его Лора по лучшим традициям Гьюго – манипулируя. Она манипулирует подругой, заставляя ту думать, что помогает вывести извращенца на чистую воду. Манипулирует Флетчером, заставляя думать, что жена сдалась и соглашается с его образом жизни. Алексой тоже манипулирует. Ведь девочка обожает отца. Она верит, что то, что происходило между ними, относится к секретам, которые есть у «всех дочерей и отцов» (с). Алекса остаётся невинной в своём незнании разницы между хорошим и плохим.
Лора манипулирует из лучших побуждений. Ради того, чтобы никто из близких не нёс на себе бремя вины. Всё осознание и всю моральную ответственность она берёт на себя. Но манипуляция всё равно остаётся манипуляцией, а убийство — убийством.Автор романа уделяет наибольшее внимание истории Лоры как жертвы насилия и детективной линии. Личность тирана-извращенца обрисована более схематично. Но эта схема даёт представление о развитии личности Хьюго Флетчера, о его восприятии окружающего мира и опасности для других людей. Семейная история Флетчера согласуется с тезисом о том, что в каждом преступлении есть две жертвы. Это сама жертва и преступник. В большей степени это касается морального, а то и духовного аспекта дела. Ведь совершение преступления — это преступление перед своей личностью и её потенциальным развитием.В случае Хьюго Флетчера к моральным и духовным аспектам можно добавить юридический. В его родительской семье поддерживалась «традиция» растления детей и инцестуальных связей. Родительские действия происходили без насилия, дети воспринимали всё как норму. Взрослый Флетчер является абсолютно аморальным человеком с точки зрения общественных норм. Для него морально (и оправданным) является всё, что он делает. Отношения, которые считаются нормальными, для него не существуют. Во взрослой жизни он стремится воспроизвести свои переживания психологического комфорта из прошлого. Поэтому его партнёрши должны быть похожи на мать. Техника секса должна воспроизводить инцест. Поэтому открытие того, что цвет волос его жены не рыжий, вызывает взрыв эмоций. Впоследствии от неё требуется надевать рыжий парик.Отказ осознавать реальность проявляется в стремлении к чистоте (в обоих смыслах) и требовании чистоты от жертвы. В требованиях правдивости и обвинении жертвы во лжи по неадекватному поводу. В убеждённости в своей нормальности и моральности. К своим жертвам Хьюго Флетчер, как и каждый манипулятор, относится не как к личностям, а как к объектам. Для него важным в объекте является только сходство с матерью. Хьюго пытается изменить внешность и поведение партнёрш до максимального сходства с ней.
Манипуляторы обычно чувствуют, кто может быть их жертвой. Флетчер тоже обладает такой чуткостью. Своих жертв он выбирает из определённого контингента. Фонд — это его собственные охотничьи угодья. Характерной чертой преступников является их развитие. Поэтому так важно как можно раньше заметить и остановить преступную деятельность. А также предоставить возможность понести адекватное наказание. Хьюго Флетчеру никто и ничто не мешало развивать его извращённый и преступный склад ума. Автор демонстрирует диапазон развития действий Флетчера вне морали и закона. От подарков девушкам, которых он использовал в качестве замены матери, до их убийств. В книге отсутствует хеппи-энд со свадебными колоколами. Кара за убийство для Лоры — безнаказанность и невозможность отношений любви. Между ней и детективом зарождается взаимное чувство. Том говорит, что она сделала доброе дело и уже получила свои «десять лет мучений». Но он полицейский. И что бы он ни чувствовал к Лоре, никогда не сможет смириться с убийством. Возможно, роман даёт читателю ответ на вопрос, каким образом люди позволяют так обращаться с собой. Зато оставляет другие. О собственной готовности поверить жертве и не осуждать её. Об оправдании самосуда. О том, может ли убийство быть превентивной мерой. О том, как жить дальше.
