Про тело, травму и зависимость

Зависимость “хорошая” штука. Помогает проходить точечные, текущие кризисы, а также выживать травматикам с их базовой, ранней болью.

Зависимость, “хорошо” может обслуживать много разных “брешей” в опыте. Например, недостаток ранних позитивных подтверждений от значимых других и развившееся в связи с этим ощущение собственной недостаточности.

Или тревожно-мнительный характер, возникший из-за диффузной суеты вокруг, когда тревожная атмосфера в семье способствовала “танцам с бубнами” вокруг ребёнка по поводу и без. Это когда крик младенца вызывает панику в и без того напряженной среде (мама) и среда начинает мыть, кормить, успокаивает и веселить в одном потоке, наносить заботу. В таких случаях чувствительность к потребностям и способность к их дальнейшей дифференцировке может сильно искажаться.

“Обезболивать” травму раннего насилия, когда кто-то из важных взрослых бил словом и стулом по чем зря, а понятие “границы” не существовало.

В следствии чего развилось фундаментальное недоверие к миру. А ещё надорванное дыхание, тревога и потные ладошки там где кто-то проявляет агрессию.

Зависимость помогает временно заполнять нарциссические “ямы”, возникшие из-за не по годам высоких требований и ожиданий. Результатом такой “эффективной” педагогики может быть “быстрое” взросление и дыры в функционале личности, так как некоторые из задач развития были пройдены по принципу из 3-го в 5-й.

Зависимость отлично анестезирует боль, которая была непереносимой когда-то, а в ремиссии продолжает тлеть внутри, периодически воспламеняюсь и обжигая.

Да, терапия, осознание чувств и потребностей, компенсаторное развитие и социализация поддерживают прогресс и развивают ощущение жизни, но...

Но не исключает нарциссических виражей, нарциссических, мать их, горок. Это когда состояние очень быстро меняется от “я самый лучший человек на свете” до “я ничтожество”.

Я заметил, что эти горки запускаются фундаментальными телесными патернами, мышечными спазмами, витальными провалами и немой растерянностью. Когда ужас в теле, а в голове запрет на жизнь. В эти моменты персона со всем ее знанием и ассортиментом компенсаций гаснет, ведь гаснет тело, первичная форма.

Боже, сколько немого крика и растерянности в глазах здорового, красивого мужчины, который встречаясь с искренностью в глазах напротив ревёт и не находит слов. Его взгляд напоминает взгляд младенца не находящего маму.

Сколько боли и бессилия в глазах привлекательной, молодой женщины, которая смывает слезами свежий make up и гладит свои ноги, как будто пытаясь согреться.

Такие люди становятся талантливыми поэтами, чуткими терапевтами, успешными предпринимателями и много кем ещё, глубина боли пропорциональна ширине ресурса и таланта.

Такие люди ищут подтверждения собственной годности для любви, организовывая непростые отношения с другими людьми, наркотиками, работами, с чем угодно, что может снизить их боль и ужас. Часто такие отношения заканчиваются трагично.

Боль полученная рано изначально находится в теле, а потом уже в мыслях, состояниях и поведении. Для выхода из порочного круга блужданий по аффектам важно отреагирование телесного ужаса и боли.

Этот процесс полон тревоги, неопределённости, злости и сопротивления, но лишь проживая этот опыт получается вдохнуть не из страха умереть, а из дерзновения жить.

У травматиков нет доверия окружению, а следовательно опоры на фон. Работа начинается с усилия идти в неопределенность, выбирать “своих” из многих и рисковать доверять им самое сокровенное, свой ужас и недоверие.

Когда твоё тело перестаёт сопротивляться жизни, в жизненном пространстве находятся твои для тебя и для твои людей, а места, в свою очередь, заполняются любовью.

Опубликовано 2019-10-22 в 09:20